Выступление руководителя направления «Газ и Арктика» Энергоцентра Московской бизнес-школы «Сколково» Романа Самсонова на III Международной конференции «Арктика-2018» (Арктика: шельфовые проекты и устойчивое развитие региона)

1

Тема сегодняшнего выступления как раз посвящена нашему отношению к международному сотрудничеству и тому, какие практические результаты можно иметь, если этим серьёзно заниматься. Потому что результат дискуссии «быть или не быть», совершенно очевиден: международное сотрудничество – это прекрасный инструмент для работы. В данном случае я выступаю от школы «Сколково», от Энергоцентра, который многие сейчас знают, мы делаем интересные современные исследования, в том числе по распределённой энергетике.
Вот геопространственная модель, и если вы посмотрите на эту карту, то вы увидите, что освоение Арктики, оно такое: там, где труба проходит, около неё жизнь какая-то теплится, ресурсы какие-то вкладываются. Поэтому тут нам много чего ещё надо делать.

2

Ну и должен сказать, что с точки зрения перспективных и освоенных районов шельфа всей Арктической зоны, вы видите, не только у нас такая ситуация. Там, где углеводородное сырье осваивалось или осваивается, или где угледобыча какая-то ведётся, на карте сразу видно. А в принципе, конечно, для этой огромной части нашей суши такое освоение никуда не годится, это ненормально.

3

Очень долго мы все рассчитывали, что за счёт углеводородного сырья, и рынки благоприятные были, мы ресурсы скопим и будем осваивать шельф и так далее. Здесь прозвучал тезис, что надо разделять шельф и, соответственно, сушу. Ну, знаете, я большую часть жизни провёл в «нефти и газе», в частности, в газовой промышленности, ВНИИГАЗ возглавлял, поэтому я за комплексное освоение месторождений. Зачастую освоение с берега — это еще не значит, что вы не вышли на шельф. Это вопрос комплексный.

Перспективы у нас колоссальные. Бог нам дал ресурсную базу, но как мы к ней относимся и какими методами разрабатываем – вот, собственно, в чём вопрос.

4

Здесь я хотел один из сценариев показать. На самом деле, когда мы как учёные и аналитики занимаемся планированием этих работ, совершенно очевидно, что надо учитывать рыночные тенденции, Вот раньше ЦК КПСС принимал решение и откуда-то бюджет брался, никто не знал откуда, но он появлялся. А сейчас очень простая вещь: цена на нефть меньше 40 долларов – и привет. И только два месторождения могут быть интересны и рентабельны хоть с точки зрения получения какой-то прибыли и возможности что-то осваивать, поэтому комплексное освоение месторождений может быть на базе тех инфраструктурных решений, которые есть, это, наверное, правильное направление. Ну, действительно, нам здесь докладчики уже рассказали о развитии минерально-сырьевых центров и опорных зон — ну, я сразу, через запятую, собственно, в СССР так и осваивали. Если геолог появлялся в Арктике или на Севере, за ним уже шла промышленность, разные совершенно направления. Сегодня мы возвращаемся к этому, может, на новых принципах, на новых методах финансирования, но ничего существенного пока не произошло. Потому что тотально осваивать территорию, на которой такая малая населённость, вообще-то говоря, невозможно. Поэтому надо не точечно осваивать, а именно чтобы была опорная зона, минерально-сырьевая база.

5

Значит, что всё-таки хочется сказать о международном сотрудничестве. Ну, вы знаете, мы страна крайностей и мышление у нас такое: или минимум, или максимум. Но мы из математики знаем, что золотая середина есть. Международное сотрудничество – это, прежде всего, возможность изучить Арктику. И, хотя нам сегодня говорят, что уже всё, разобрались, и всё понятно с Арктикой, я могу сказать, что 35 лет в газовой отрасли меня привели к состоянию, когда мне не стыдно сказать: я так и не понял, чем я занимаюсь – столько неизвестного и непонятного, и каждый день. А если говорить об Арктике с её изменяющимся климатом, связанным с глобальными процессами, вы меня извините, без международного изучения разными методами, разными способами, разными методологиями обойтись нельзя. Но, слава богу, что у нас в России, в частности, в Ямало-Ненецком округе, в Салехарде, в других опорных зонах создаются хорошие стационарные центры изучения, и туда эти международные экспедиции идут. Я надеюсь, этот поток систематизируется, и наконец у нас появится что-то похоже на то, что когда-то было. Потому что если нет гидрологических карт, если нет метеорологических карт, какую Арктику осваивать, как там жить, о чём вы говорите? Вот я хотел показать, что сегодня у нас сетевое сообщество, но, к сожалению, несмотря на то, что мы все такие современные, продвинутые, на своих смартфонах вы не найдёте просто такую примитивную бытовую карту геопространства, которое называется Арктика. Ну нет ни у кого! Почему? Потому что в реальной нашей жизни мы это не используем. Больше половины сидящих в зале в сетевом пространстве не участвуют. А это такой передовой современный метод, и надо им пользоваться.

Международное сотрудничество – это не только освоить ресурсы и куда-то увезти, на рынки доставить, это, на самом деле, ещё и понять, как работать. А для того, чтобы понять, как работать, нужна система регулирования, управления стандартами. Вот у меня здесь прекрасный пример, мы к нему снова возвращаемся, мы вели проект «Баренц-2020». Он сыграл существенную роль, это было настоящее международное сотрудничество. Семь рабочих групп, два года, специалитет DNV и ВНИИГАЗа и не только, а порядка 12-ти организаций российских участвовало из тех, кто сегодня лидеры в направлении арктических исследований.

6

Мы разобрали вообще, а что такое Арктика, и оказалось, что даже Аляска, Северное море и всё, что нам известно, например, по Канаде и так далее – это совсем не одно и то же. Арктика, российская, в частности, это особое. И говоря даже об опорных зонах, везде разные условия и ситуации. Но благодаря вот этому проекту, когда педантично и очень скрупулёзно изучали, в данном случае применительно к Баренцу, что мы смогли сделать? Во-первых, инициировали создание специального комитета ISO/TK67/ПК-8 по арктическим операциям. Его просто не существовало. Вот я просто для примера вам показываю, что порядка 122-125 нормативных документов уровня «стандарт» должны быть разработаны, 6-7 документов в год. Международное сотрудничество в этой области должно работать.

7

В Артике нельзя допускать ни экологических, ни геологических рисков неуправляемых, ни других – техногенное влияние очень большое. Джин Сок Сун из Южной Кореи, мой содокладчик, это аспирант нефтяного института нашего, научно-исследовательского имени Губкина, и мы с ним хотели показать, что очень здорово, когда его страна является крупнейшим потребителем и заинтересована в использовании наших ресурсов. А кроме того, Южная Корея не только газ, но и нефть потребляет, и, соответственно, это страна, которая обладает колоссальным научно-техническим потенциалом. Посмотрите, настолько убедительна и настолько велика заинтересованность. И это, конечно, для нас очень интересное направление. Опять же, страна, которая обладает опытом в переработке, как вы видите и знаете прекрасно, это развитие морских программ, связанных с танкерами, платформами, с тяжёлой промышленностью. И на самом деле надо понимать, как-то перенимать, совместное это производство, перетаскивать и развивать. Процесс идёт, может быть, медленно, но хочу сказать о том, что страна такого уровня, как Южная Корея, обладает потенциалом, который сегодня можно активно использовать.

8

Ну, если вы посмотрите, они, собственно, так и делают, ну, может быть, не так масштабно. Есть совместное предприятие СП ОМЗ и компания Daelim, которая ведёт проект по реконструкции Омского НПЗ. А второй проект — по СПГ, по сжиженному метану, порт Высоцк, это тоже компания Daelim. А потенциал колоссальный, потому что это крупнейшая мировая компания, у которой 17 млрд. долларов годовой оборот, проекты в 30-ти странах. Конечно, если к нам приходит страна с такими ресурсами за спиной, и с такой поддержкой на государственном уровне, с ней можно сотрудничать, можно кооперацию вести, начиная от планирования, закупок и, соответственно, какие-то крупные компании по поводу комплексных программ.

9

Мне повезло быть соавтором и руководителем комплексной программы по освоению месторождений полуострова Ямал и принимающей акватории, которая в 2009-м году была утверждена первая. Сейчас ее обновляют, ведь инвестиционные ресурсы и возможности разные, а структурно планирование, оно у нас системное. И если раньше это делалось, конечно, прежде всего для Газпрома, то сегодня на территории Ямала порядка 36-ти крупных компаний работает. Пора говорить о комплексных программах, уже разработанных для местной администрации, для производства.

Сейчас в Сабетте 30 тыс. человек завод строят, но они же уедут. И поэтому эта дискуссия: вахтовый метод – не вахтовый, быть Арктике – не быть. Во-первых, быть, а, во-вторых, у нас своя модель поведения должна быть. И если вы приезжаете на территорию, которая… Вы когда-нибудь приезжали на базу, на которой никто не присутствует, роботы холодные, замерзшие стоят? Это фильм ужасов. Конечно, должна быть инфраструктура, она должна поддерживаться. Вот вам прекрасная основа для развития. Мы в Сколково сейчас эту тему развиваем. В чём она состоит? Если вы уже присутствуете на территории, в данном случае, значит, есть СПГ, 17 портов у нас есть, есть бункеровка и продвижение сжиженного метана, регионального местного топлива, это позволяет из 100-120 млрд. северного завоза немножко сэкономить. Послушайте, но это инфраструктурное развитие натуральное. Не хочется там, типа рекламы, говорить о «Total», которая занимается тем, что ещё и альтернативную энергетику активно использует. Ну это гибридная фактически энергетика, которая позволяет на месте местные ресурсы использовать и делать это весьма эффективно. Они люди все прагматичные, это выгодно. Ну и у нас есть компании, которые этим занимаются. Это в поддержку тезиса о комплексности освоения и гибридности энергетики, которая там должна быть. Можно для Арктики говорить о распределённой энергетике. Там есть зоны, где есть ветер, а в другом месте и солнце, а в другом месте – сжиженный метан, а в другом месте – газовый гидрат, который сегодня называют альтернативным топливом. Когда я тридцать лет назад начал заниматься использованием газа как моторного топлива, было так и написано: использование альтернативного моторного топлива. Какое альтернативное? Оно уже основное стало. Поэтому надо просто внимательно смотреть на те ресурсы, которые в нашем распоряжении имеются. Условно говоря, традиционные и нетрадиционные. Мы привыкли говорить о большой энергетике, большими такими категориями, большими финансовыми потоками. А в отрасли решения до 10-ти, 15-ти, 25–ти киловатт — огромное количество агрегатов и установок. Как нам источники энергоснабжения обеспечивать 24 часа в сутки? Вот я вам показываю: и ветросолнечные генераторы, и двигатели Стирлинга, огромное количество решений, не говоря уже о геотермальной энергетике и т.д. Вот вам классический пример международного сотрудничества, или международного опыта, как хотите — и то, и другое хорошо. Вот Дания, а вот Якутия. Якутия идет по тому же пути с разницей в 30 лет. Смотрите, что происходит. Что у нас было в начале? Газ или какой-то другой источник был, там были энергетические установки. А сегодня, посмотрите, это распределённая энергетика, это альтернативные источники энергии.

10

По поводу инвестиций. Ну вы меня извините, как бы мы ни развивали свою технику и технологии, всё-таки глобальное развитие технологий, цифровых в том числе, это наше будущее, эта почва огромная для информационных потоков, для огромных гигантов информационных и так далее.

11

В заключение хочу сказать, что прекрасный метод работы – это экспертные диалоги, которые у нас в Сколково мы проповедуем и реализуем, это Арктический диалог, газовый, который мы ведём. Ну и хочется сказать, что, конечно, это комбинация между изучением Арктики – всего спектра – до реализации конкретных программ, в том числе на базе комплексного освоения. Это прекрасное направление и возможность сотрудничества, потому что как была Арктика с экстремальными условиями, даже если она потеплеет, всё равно это будет зона, в которой нужно будет максимально весь опыт и знания использовать и концентрировать.